О ходе рассмотрения уголовного дела в отношении нацистского карателя Серафимовича С.С. по обвинению в геноциде по ст.127 Уголовного кодекса Республики Беларусь

Верховный Суд Республики Беларусь 6 февраля 2025 года начал рассмотрение уголовного дела в отношении нацистского карателя Серафимовича, обвиняемого в совершении геноцида по ст.127 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Справочно. Генеральный прокурор Республики Беларусь 20 декабря 2024 г. направил в Верховный Суд Республики Беларусь уголовное дело по обвинению Серафимовича в геноциде по ст.127 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

Дело Серафимовича – уже третье по факту геноцида белорусского народа, которое рассматривается в суде.

Справочно: Семен Стефанович Серафимович родился 19 декабря 1910 года в деревни Скомарошки Минской губернии Российской империи (с 1936 года деревня находилась в составе Польши, с 1940 года – в составе Барановичской области, БССР, в настоящее время – деревня Скоморошки Столбцовского района Минской области Республики Беларусь).

Серафимович осенью 1941 года добровольно вступил в военизированное подразделение районной вспомогательной полиции, дислоцирующееся на территории местечка Мир Мирского района Барановичской области БССР (в настоящее время – городской поселок Мир Кореличского района Гродненской области Республики Беларусь). Непосредственно после вступления в указанное подразделение возглавил его, а с осени 1943 года – усиленный карательный отряд вспомогательной полиции города Барановичи.

Серафимович обвиняется в том, что, возглавляя вооруженные организованные группы и действуя в их составе, добровольно исполняя приказы командования территориальных формирований СС и полиции оккупационного режима, осуществляя руководство и действуя совместно и согласованно с подчиненными полицейскими возглавляемых им военизированных подразделений в ходе осуществления карательных операций, преступных акций по планомерному уничтожению узников гетто, по уничтожению и устрашению мирного населения, совершил геноцид – действия, совершаемые с целью планомерного уничтожения полностью белорусского народа.

Умер 7 августа 1997 года в Соединенном Королевстве Великобритания и Северная Ирландия, являлся одним из пособников нацистских преступников, непосредственно участвовавшим в совершении геноцида белорусского народа.

В ходе расследования дела важной доказательной базой стали материалы архивных уголовных дел в отношении приспешников Серафимовича. Значительная часть их была осуждена после 1944 года.

Уголовное дело состоит из 30 томов.

По уголовному делу проходят 54 свидетеля.

Согласно обвинению, которое зачитал гособвинитель Александр Демидов, «руководя данными подразделениями совместно с иными лицами, оказывающими содействие фашистским оккупантам, выполняя их указания и поручения, организовал и лично принял участие в ряде карательных операций по уничтожению мирного населения».

Гособвинитель рассказал, что на руках Серафимовича кровь более четырех тысяч ни в чем не повинных людей, в том числе стариков и детей. Действовал он с особой жестокостью: своих жертв расстреливал из боевого оружия, сжигал заживо, вешал и истязал. Деревни, где жили люди, сжигались полностью либо частично, угонялся скот, похищались продукты питания. Часть оставшегося населения отправлена в нацистскую Германию для принуждения к рабскому труду.

– Своими преступными действиями Серафимович, выполняя планы фашистского руководства, осуществил уничтожение белорусского народа, – отметил прокурор.

После освобождения Беларуси войсками Красной армии Серафимович бежал в Польшу, а позже оказался в Соединенном Королевстве. Несмотря на предпринимаемые ранее попытки привлечь его к ответственности, он все-таки ее избежал.

«Действительно, проводимая союзниками по антигитлеровской коалиции в послевоенные годы политика позволила Серафимовичу долго не опасаться разоблачения. Несмотря на то, что даже на начальном этапе, уже в 1940-1950-е годы, были получены сведения о причастности Серафимовича к совершению карательных операций в отношении мирного населения, данная информация оставалась без должного и необходимого реагирования со стороны компетентных органов Соединенного Королевства», – отметил гособвинитель.

По словам прокурора, в целом посыл государственных органов был следующим: эти преступления не совершены на территории Соединенного Королевства и не были направлены против этого государства. «Если говорить несколькими словами, выражая направленность позиции государства по этому вопросу, интересы Короны нарушены не были», – сказал он.

– Дело сдвинулось с мертвой точки с принятием в 1991 году закона о преследовании военных преступников, – отмечает гособвинитель. – После него на территории Соединенного Королевства проводились следственные действия. Часть из них – на нашей территории. Правоохранительные органы Беларуси оказывали максимальное содействие выявлению обстоятельств преступной деятельности Серафимовича. Спустя более 50 лет он предстал перед английским судом, – рассказал Александр Демидов.

Однако рассмотрение дела значительно затянулось, и в январе 1997 года производство по делу было приостановлено в связи с болезнью обвиняемого. Вскоре Серафимович умер. Это не позволило постановить в отношении его приговор.

«Отдавая дань истории и дань памяти жертвам геноцида, а также подвигу выживших, которые смогли оказать сопротивление и наладить мирную жизнь в непростых условиях, происходило расследование по настоящему уголовному делу» – добавил государственный обвинитель.

«Задачей расследования и судебного разбирательства данного уголовного дела является установление преступной деятельности, каждого эпизода, содеянного Серафимовичем, а также установление той трагедии и каждой отдельной личности, которая пострадала от его действий», – подчеркнул прокурор.

Невозможно остаться равнодушным к истории одного из свидетелей в прошлом по этому уголовному делу Освальда Руфайзена, который скрыл свое еврейское происхождение и работал у Серафимовича переводчиком. Именно это позволило ему оказывать содействие узникам гетто и способствовать их побегу. В дальнейшем и сам Руфайзен был заключен под стражу, однако смог сбежать
от фашистских оккупантов и в последующем оказал содействие советским партизанам и так пережил войну.

«Именно этот человек спустя более 50 лет дал основные показания против Серафимовича на судебном процессе, который проходил в Соединенном Королевстве. Эти люди встретились друг с другом и, по воспоминаниям очевидцев, увидев друг друга, не проронили ни слова: им не было чего сказать в связи с такими страшными трагедиями», – добавил Александр Демидов.

Об этом много сказано, много написано, но факт юридической виновности так и не установлен, поэтому в этом деле действительно надо поставить точку, уверен гособвинитель, добавив, что именно поэтому и проходит судебный процесс в Беларуси.

Потерпевший по делу Серафимовича Александр Волчек рассказал в Верховном Суде об обстоятельствах расстрела своего прадеда у реки Неман в годы Великой Отечественной войны.

Потерпевший сообщил, что в годы оккупации в июле 1943 года Серафимович лично расстрелял его прадеда Леона Волчка вместе с некоторыми другими жителями деревни Погорелка. Об этом ему рассказал дядька. Прадед был первым председателем колхоза. На момент гибели проживал в деревне Погорелка.

По словам потерпевшего, местные жители ушли из деревни, прятались в урочище Волешково возле Немана, что километрах в трех от Погорелки.

«Людей словили в лесу, построили всех. Серафимович лично прошел и Волчка Леона сразу отвел в сторону, потом председателя сельсовета, также Олешкевича – к нему были личные неприязненные отношения, они когда-то поругались на мельнице, где Серафимович был приемщиком зерна», – сказал Александр Волчек, добавив, что этих людей каратель потом же лично и расстрелял.

Дядя потерпевшего тогда был ребенком, ему было 11-12 лет. Мальчик стоял немного в стороне от толпы местных жителей и видел, как Серафимович отвел нескольких человек за куст, где и расстрелял. Дядька утверждал, что точно видел, как Серафимович с нагана расстреливал.

Остальных людей погнали назад в деревню. На перекрестке начали отбирать тех, кого можно угнать в Германию на принудительные работы. «Дядька также указывал на место, где стояла машина и грузили людей, увозили в Германию», – сказал Александр Волчек.

Александр Волчек предположил, почему его прадед оказался тогда в числе расстрелянных. Поражение немцев под Сталинградом, видимо, сильно испугало Серафимовича и он стал искать пути отхода. Для этого еще зимой вел переговоры с председателем колхоза, расспрашивал о возможностях «переметнуться» на сторону советской власти.

Второй эпизод связан с хутором Карницких, который располагался недалеко от населенного пункта Новое Село Кореличского района – там сожгли женщин и детей, которые приходили сюда из леса переночевать. «Раним утром зашла карательная экспедиция, отрезали от леса. Там не было партизан – женщины, дети, старики. Их и захватили. И на этом хуторе их сожгли», – рассказал Александр Волчек. По материалам дела, на хуторе было сожжено не менее 48 мирных жителей.

Говоря об условиях проживания людей, он рассказал, что с началом блокады люди в основном старались убежать в леса, прятались. Населенные пункты были сожжены. Очень долго люди жили в землянках. Выкапывали землянки, накрывали чем придется. Зимой и весной в них были лужи. В общем, население бедствовало. Имущество мало у кого уцелело. Ценное закапывали, но почти все полицаи нашли и вывезли.

Александр Волчек, который в свое время был участковым инспектором милиции в Кореличском районе, рассказал, как полицейские из Лондона в 90-е годы собирали доказательства вины Серафимовича.

Он поделился, что еще в 1993 году вместе с детективами из Скотленд-Ярда работал по изобличению преступной деятельности Серафимовича.

«Я тогда был участковым инспектором. По указанию начальника был, можно сказать, прикомандирован к этой группе детективов. Было два детектива, они жили в Кореличах в гостинице и работали по всем деревням: по Миру работали, по Погорелке. К сожалению, мы ничего не дублировали за ними, ничего не собирали», – сказал потерпевший, уточнив, что тогда ему было 23 года.

По словам Александра Волчка, еще были живы некоторые полицаи, которые по приговору суда получили по 25 лет. Они отсидели и вышли. С ними полицейские из Лондона также встречались.

Тогда же был выявлен такой важный свидетель, как Александр Варфаламеевич Царюк, который указывал на преступления Серафимовича.

Полицейские делали опознание по фотографиям. Процесс снимали на камеру. С ними были русскоязычные переводчицы. Опознание проходило длительное время. Те, кто опознал Серафимовича по фотографиям, летали потом в Лондон для дачи показаний.

Александр Волчек вспоминает, что детективы тогда поясняли, что у них недавно вышел закон, по которому стало возможно привлечь Серафимовича к ответственности, поэтому собирают материал для уголовного дела. После того королевский прокурор в течение длительного времени принимал решение об аресте Серафимовича, и это было сделано.

«Они достаточно весомый материал собрали, чтобы его арестовать», – уточнил потерпевший.

Отвечая на вопросы государственного обвинителя, он сообщил, что полицейские из Лондона сами проводили необходимые проверочные, следственные действия. Сами же с переводчиком допрашивали свидетелей. Правоохранительные органы Беларуси в этот процесс не вмешивались. «Нам сказали не мешать, пусть работают», – сказал Александр Волчек, добавив, что белорусская сторона была максимально открыта.

11.02.2025

Свидетель по делу Леонид Кудин, пенсионер, уроженец деревни Погорелка Кореличского района рассказал в Верховном Суде о трагедии жителей своей родной деревни в 1943 году.

По словам свидетеля, о тех событиях, фактах преступной деятельности Серафимовича, он знает со слов троюродной сестры Валентины Алексеевны. Мужчина сохранил очень много воспоминаний Валентины Алексеевны, записанных им же на видео. Женщины уже несколько лет нет в живых, но остались эти видеоматериалы.

Рассказывал и отец, но это было в раннем детстве Леонида Кудина, поэтому он воспринял немного. Сознательное детство свидетеля пришлось на 1960-е годы. Когда пришло осознание, на малой родине многие из участников тех событий уже умерли. Воспоминания еще живущих и помнивших преступления он старался записать – все передал правоохранительным органам.

Возвращаясь в памяти к событиям лета 1943 года, Леонид Кудин в суде рассказал, что жителей деревни Погорелка предупредили о скором приходе немцев. Говорили, что каратели будут убивать. Люди бросились в урочище Волешково возле Немана, что в нескольких километрах от Погорелки. Это происходило во время операции «Герман».

«На нашей стороне Немана лес лиственный, а в Налибокской пуще базировались партизанские отряды. Неман тогда полноводный был, не все могли переправиться. Отец в начале войны был малолеткой, ему 15 лет было, он на фронт не призвался, а пережил оккупацию у нас там. Спасся благодаря тому, что схватился за хвост лошади – она и помогла ему переправиться через Неман. Но большинство жителей остались на нашей стороне Немана и где-то две недели прятались в кустах», – рассказал свидетель. В числе спрятавшихся была и троюродная сестра Валентина, воспоминания которой он сохранил.

Описывая события на берегу Немана, Леонид Кудин уточнил, что там прятались около 60 человек. Некоторых убили прямо на месте. По словам родственницы Валентины, Серафимович лично отбирал жертв. «Убиты были члены партизанских семей. Сами они жили в Погорелке, но брат, отец в партизанах», – сказал свидетель, подтвердив, что каратель подходил избирательно.

«Причем Серафимович убивал дубиной по голове, с особой жестокостью. Не так, чтобы сразу человек умер, а истязал буквально», – отметил Леонид Кудин, добавив, что таким образом было убито несколько человек.

Родного деда свидетеля Александра Андреевича Кудина убили в стороне. «Как мне рассказывали, полицаи, когда догнали, что-то ему скомандовали, а у деда был плохой слух. Он не услышал. Полицаи восприняли как неподчинение, не церемонились и убили», – рассказал свидетель. Жена деда нашла труп через несколько дней, опознав его по штанам.

После того как местных жителей пригнали от Немана к Погорелке, молодых начали отбирать на принудительные работы в Германию. Со слов троюродной сестры свидетеля Валентины, руководил этим процессом Серафимович и немцы. В числе многих односельчан угнали родного дядю Леонида Кудина – Сергея Александровича Кудина. В деревне остались только старики и дети.

Леонид Кудин знает о том, что его троюродная сестра Валентина ездила в Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии на допрос по делу Серафимовича. Именно там каратель скрывался до конца своей жизни.

«Каким образом на него вышли английские полицейские, я не знаю. Но факт в том, что следователи приезжали сюда, здесь искали свидетелей. Свидетели, естественно, нашлись, в том числе моя тетя Валя», – сказал Леонид Кудин.

Свидетель подтвердил, что родственницу приглашали на следствие в Соединенное Королевство. Знает, что женщина и каратель узнали друг друга.

«Она узнала его, когда его ввели в зал. И он ее узнал. Она рассказала следователям, что он творил, как он убивал людей. Рассказала про всю жестокость. Но акцентировала внимание на том, что хочет, чтобы он понес такие муки, как его жертвы. Даже хотела, чтобы умер в старости, но чтобы жил с осознанием того, что натворил», – рассказал свидетель.

Во время выступления в суде Леонид Кудин также рассказал о том, что ему известно о сожжении людей в деревне Новое Село Кореличского района в 1943 году. Он знает, что деревню жгли не единожды. Перед очередной трагедией жителей предупредили, что вскоре придут каратели и будут жечь. Большинство не поверило и осталось. Некоторые убежали к партизанам в лес. Утром полицаи зашли со стороны Великой Слободы, окружили деревню. Всех, кого поймали, застали в домах, собрали в сарае.

«На тот момент деревня уже была сожжена. Но один человек успел построиться из остатков бревен, сделал себе хату, чтобы можно было там жить. Туда собрали всех людей, окружили и подожгли. Смогла спастись только маленькая девочка Ирина. Ее очень хорошо знала тетя Валя. Она потом уехала и проживала в России", – рассказал свидетель.

Также свидетель сообщил, что его родная бабушка Михалина Юльяновна Жук была свидетелем уничтожения еврейского населения в деревне Еремичи. Об обстоятельствах Леониду Кудину она рассказывала лично.

О попытках привлечь преступника к ответственности рассказала сотрудница Кореличского районного краеведческого музея Мария Беленова.

Со слов знакомой Любови Воронович ей известно о некоторых обстоятельствах поездки в Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии с целью опознания Серафимовича.

По словам свидетеля, Любовь Воронович была еврейкой по национальности, в годы войны убили всю ее семью. К этому был причастен Серафимович.

Передавая слова Любови Воронович, Мария Беленова рассказала, что та всю жизнь искала Серафимовича и нашла его в Великобритании. Речь идет о том, что группа жителей Беларуси в 90-е годы ездила в Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии на допрос по делу Серафимовича.

«И когда они подошли к дому, где он жил, и позвонили, открыл высокий худощавый пожилой человек и сразу побледнел. Не знаю, догадался или узнал. Но сказал: «Не докажете», – сообщила свидетель.

Она добавила, что в 1996 году в районной газете вышла статья с фотографией местных жителей, которые ездили на опознание Серафимовича, она всех узнала. «Это все жители Мира, один человек был из деревни Еремичи», – рассказала свидетель.

Мария Беленова добавила, что позже общалась с родственниками тех людей, кто ездил на опознание.

14.02.2025

Сегодня в суде выступил старший хранитель фондов музея Средней школы г.п.Мир имени А.И.Сташевской Валерий Брант.

«Наш поселок стал тем местом, где немцы реализовывали свой план по геноциду. Проявили свою тщательность при «зачистке» еврейского населения. Причем гетто использовалось для расчистки завалов, для самой грязной работы. Естественно, у этих людей не было перспективы, не было выбора, не было ничего. Их ждала смерть. Это было однозначно известно уже тогда. Но они надеялись на какое-то чудо. Но которое не случилось», – сказал Валерий Брант.

Первая акция организованного фашистами массового убийства евреев Мира прошла 20 июля 1941 года, в результате которой, по словам свидетеля, были убиты 30 евреев. Людей отвели в урочище Яблоновщина и расстреляли, вещи присвоили, после чего пустили слух, что эти люди переехали к новому месту работы.

Во время второго массового расстрела 9 ноября 1941 года были убиты 1,6 тыс., а может, и больше евреев. «Расстрел состоялся в карьере около места, где сейчас находится Мирский государственный колледж. Колонны сопровождали полицаи и они же расстреливали местное население. Немец стоял и смотрел», – рассказал Валерий Брант.

По его словам, в этот же день расстрелы продолжились на улице Октябрьской, недалеко от бывшей скотобойни. Там убили 800 человек или даже больше.

Последние евреи, оставшиеся в гетто, были убиты 13 августа 1942 года. «Добили последних, чтобы Мир полностью «зачистить» для размещения базы отдыха немецких летчиков», – отметил свидетель.

Отвечая на вопросы государственного обвинителя Александра Демидова, свидетель отметил, что Мирский замок использовался нацистами и их пособниками для содержания евреев из-за определенных «удобств». Например, на окна можно было крепить колючую проволоку и ставить на стенах пулеметы. По его словам, в замке в ужасных условиях содержались около 800 евреев. Из еды им выдавали только по 150 граммов хлеба на день…

Говоря о роли Серафимовича в этих злодеяниях, Валерий Брант отметил, что тот был главным подручным фашистов. «Он даже инициативу проявлял, которая вылилась в особый цинизм и особую жестокость. Он мечтал сделать карьеру при немцах, выслужиться при них. Поэтому он и его окружение были очень рьяными в этом вопросе», – сказал он.

Свидетель добавил, что, когда Серафимович еще был в Турце, лично расстрелял сестру своего друга. Затем уже получил повышение в Мир, где и «развернулся на всю катушку».

«Серафимович – это гнойник. Война ускорила процесс его вскрытия. Жестокость, цинизм просто зашкаливают», – сказал Валерий Брант, отметив, что Серафимович и другие подручные фашистов из числа местных полицаев делали за них всю грязную работу.

28.03.2025

Приговором Верховного Суда Республики Беларусь 28 марта 2025 г. Серафимович С.С. признан виновным в геноциде – действиях, совершенных с целью планомерного уничтожения полностью белорусского народа как национальной и этнической группы, определенной на основе территориального, идеологического и других произвольных критериев, путем убийства и причинения ее членам тяжких телесных повреждений, умышленного создания жизненных условий, рассчитанных на полное физическое уничтожение такой группы, то есть в совершении преступления, предусмотренного ст.127 Уголовного кодекса Республики Беларусь.

В соответствии со ст.468-24 Уголовно-процессуального кодекса Республики Беларусь в связи со смертью обвинительный приговор в отношении Серафимовича постановлен без назначения наказания.

Фото: belta.by, sb.by, Генеральная прокуратура

Управление взаимодействия со СМИ
Генеральной прокуратуры